Незалежная мешанина

06.07.2020

Артем Агафонов

Белоруссия. Незалежная мешанина

Статья с сайта «ПолитНавигатора»

Эволюция официальных и полуофициальных праздников в Белоруссии – процесс увлекательный. В начале 90-х годов, как и в любой постсоветской республике, там установили новый главный государственный праздник – День Независимости. Отмечать его стали 27 июля. Повод тогда оригинальностью не отличался – в этот день в 1990 году белорусский Верховный Совет принял свою декларацию о госсуверенитете. Особого воодушевления у народа этот праздник не вызвал. В большинстве своем люди никаких преимуществ от внезапно свалившегося суверенитета, за который они не голосовали, не почувствовали.

После прихода Лукашенко националисты и либералы были из власти изгнаны, а центробежные тенденции стремились центростремительными. Новое время требовало новых праздников, и Лукашенко, сохранив название праздника, перенес его на 3 июля – годовщину освобождения Минска от гитлеровской оккупации. С точки зрения истории и логики, решение, конечно, спорное. Вряд ли бойцы многонациональной Рабоче-крестьянской Красной Армии, освобождавшие советский Минск от фашистских захватчиков, обрадовались, узнав, что в конце века в этот день будут отмечать День Независимости Республики Беларусь, образовавшейся на руинах их советской Родины. Но с точки зрения расстановки идеологических приоритетов все было верно – ставку сделали на антифашизм и преемственность советской эпохи.

Но время шло, интеграционный энтузиазм у белорусских властей выдыхался и сменялся стремлением обособиться от России, союзное государство с которой все больше становилось формальностью. И центростремительные тенденции снова сменились центробежными.

День Независимости в современной Белоруссии – это дикая эклектика смыслов и символов. Тема Великой Отечественной, конечно, присутствует и доминирует. Но даже тут, если послушать официальные речи, можно сделать вывод, что и Минск, и всю республику освобождали партизаны, мечтавшие о свободе и суверенитете белорусского народа.

В этом году Александр Григорьевич, историк по образованию, договорился до того, что к своей независимости белорусы шли более тысячи лет, и почти во все времена, начиная с глубокой древности, это был путь борьбы.

Какие белорусы существовали в 10-11 веках, и с кем они боролись за независимость во времена Руси Рюриковичей – это историческая наука Белоруссии скоро должна определить. Такими темпами и до по появления местного аналога «великих укров» ждать осталось недолго.

Кстати, об украх… Евромайдан и последовавшие за ним события на Украине внесли свои коррективы в традиции празднования белорусского Дня Независимости. Теперь его дополняет День Вышиванки. Конечно, до украинского размаха далеко, но мероприятия проводятся, а орнамент стараются впихнуть куда угодно – от товарных знаков и упаковки до тротуарной плитки и стен зданий. Пресловутая ретро-рубаха символизирует то же самое – подчеркивает белорусскую самобытность и обособленность от русских.

Самое смешное, что по факту никаким символом белорусской самобытности вышиванка быть не может. Вышитые рубахи носили многие славяне, а самого слова «вышиванка» в белорусском языке вообще никогда не было. Налицо прямое обезьянничание и копирование. Поначалу этим занимались исключительно националисты – вышиванка была атрибутом их субкультуры. Но через год-другой после Евромайдана власть перехватила инициативу и использовала для «мягкой белорусизации».

Вот такая получилась незалежная мешанина из партизан, древних белорусов, борющихся за суверенитет с дохристианских времен и украинских рубашек.

С рубашками, впрочем, вышла накладка. Государственная идеология так и не смогла их переварить и приспособить для своих нужд. Вышиванка так и осталась символом белорусских националистов и их солидарности с националистами украинскими. Бизнесмены, которые пооткрывали в последние годы магазины по продаже вышиванок, не скрывали своих националистических взглядов и после начала избирательной кампании массово поддержали оппозицию.

Власть в растерянности. Запланированные вышиваночные мероприятия 2-3 июля были проведены, но скромно, без пропагандистской шумихи, которой в прошлые годы было более, чем достаточно. Чужой символ своим так и не стал, и что с ним теперь делать – пока не очень понятно. А своих символов, близких народу, у власти становится все меньше.